Легенда о цветении миндальных деревьев

Легенда о цветении миндальных деревьев

    Когда-то эта земля была арабским царством, и называлась она AL GHARB – The West – Запад, которой правил мавританский царь. Однажды слух о красоте нормандской принцессы достиг мавританского царя. Её образ пленил и очаровал его. Принцесса была самой прекрасной их всех жителей той страны, откуда она была родом. Однажды нормандские мореплаватели высадились на берег его владений. Впервые они были его гостями. Вскоре они стали его посыльными. «Скажите Вашему королю, что жители Вашей страны могут свободно высаживаться и торговать с моими людьми. Но его старшая дочь должна приехать ко мне и жить со мной. Если она так прекрасна, как говорят о ней люди, она станет моей женой и царицей моих подданных. Она будет жить в моём дворце со всеми почестями, которые полагаются принцессе», — сказал мавританский царь. Посланцы всё передали королю Нормандии.

…С грустью и еле сдерживаемыми слезами, отец поцеловал свою дочь в последний раз…

    Сначала желание обладать нормандской принцессой было капризом, прихотью мавританского царя, но совсем вскоре после её приезда образ принцессы поселился в его сердце навсегда. Он был влюблён. Царь давал пиры с танцами, играми, турнирами в честь принцессы, но ничто не могло развеять её грусть, её тоску по родной земле. Лучшие музыканты играли для принцессы на различных инструментах, услаждая её слух, поэты слагали в её честь стихи, но и это не трогало душу принцессы. Царь призвал на помощь знающего человека, но все попытки остались тщетными. «Возможно ли, просить ещё большего, имея и такое счастье, и красоту, как у принцессы? Чего же ей не хватает?», — терялся в раздумьях царь. Принцесса принимала всё охотно, но сердце её было закрыто. Старая няня, очень любившая своего царя и заботившаяся о принцессе, решила помочь принцессе обрести радость. «Все так добры ко мне, — думала принцесса, — но мне всё так безразлично. Я больше не смогу ощутить дыхания мороза, когда бежишь по огромным льдинам, покрытым снегом, в неизменной вечно вековой тишине в царстве безмолвия по зимнему лесу, очаровывающему своей неподвижной белизной…» «Почему ты не поведаешь мне о причине своей тоски? Почему не скажешь, из-за чего ты чувствуешь себя несчастной?» И принцесса открыла старой няне причину, почему ей так одиноко и так грустно… Царю она не рассказывала о том, чего ей так не хватает… И грустью веяло от принцессы всё больше и больше… Ни краски, ни запахи цветов не радовали молодую принцессу. Грустил и царь, который никак не мог разрешить вопрос, где же ему взять снег…

    Однажды он сел на своего коня и поскакал на самый дальний утёс. И устремив свой взор в морские воды, он, словно бы, искал в них ответа. Его глаза следовали за волнами, которые уходили за горизонт, где, как ему думалось, прятались разгадки всех человеческих тайн. Он просил помощи у сил природы, которые были и будут вечно. Слова няни врезались в его память так глубоко, что ни давали ему покоя ни днём, ни ночью. «Принцесса сказала мне, что изнывает по снегу, который может дать ей только её земля». Голос няни был сильнее, чем сила ветра, поющего свои песни, на самом высоком утёсе, с которого были видны только океанские просторы. Ветер был попутным. И вдруг царя осенило! «Придумал, — воскликнул он, — я дам ей иллюзию снега!» Приехав во дворец, он собрал всех своих подданных и отдал приказ посадить миндальные деревья везде, где позволяет земля. Прошли годы. Деревья росли и крепли. В один из февральских дней случилось чудо. Утром принцесса подошла к окну и увидела такое великолепие, любование которым развеяло всю её тоску. Повсеместно цвели миндальные деревья, и словно нежное бело-розовое тончайшее покрывало окутало всю землю Божественной красотой и сладчайшими изысканными запахами Весны. Известие о февральских снежинках – цветах миндального дерева вскоре облетело весь мир и проникло в каждый его уголок. И отец нормандской принцессы таким образом узнал, что его дочь вновь стала радоваться Жизни.

Метки , , , , , , , , , . Закладка постоянная ссылка.

Возможность комментирования заблокирована.